Поста нет
мч. Не́стора Солунскаго (Фессалоникийскаго) (ок. 306)
События этого дня
- мч. Нестора Солунскаго (Фессалоникийскаго) (ок. 306)
- прп. Нестора Летописца, Печерскаго, в Ближних пещерах (ок. 1114)
- прп. Нестора, Некнижного, Печерского, в Дальних пещерах (XIV)
- Обретение мощей блгв. кн. Андрея Смоленскаго в Переславле-Залесском (1539)
- мцц. Капитолины и Еротииды (304)
- мч. Марка Фиваидского и иже с ним
- прмч. Сергия (Чернухина), игумена (1942)
Чтения Священного Писания
Тропари и кондаки
Воскресные 5-го гласа
Тропарь, глас 5. Собезначальное Слово Отцу и Духови, от Девы рождшееся на спасение наше, воспоим, вернии, и поклонимся, яко благоволи плотию взыти на Крест, и смерть претерпети, и воскресити умершия славным Воскресением Своим.
Кондак, глас 5. Ко аду, Спасе мой, сошел еси, и врата сокрушивый яко Всесилен, умерших яко Создатель совоскресил еси, и смерти жало сокрушил еси, и Адам от клятвы избавлен бысть, Человеколюбче, темже вси зовем: спаси нас, Господи.
Притча дня
К знаменитому подвижнику пришел начинающий монах, прося указать ему путь совершенства.
— Этою ночью, — сказал старец, — ступай на кладбище и до утра восхваляй погребенных там покойников, а потом приди и скажи мне, как они примут твои хвалы.
На другой день монах возвращается с кладбища:
— Исполнил я твое приказание, отче! Всю ночь громким голосом восхвалял я этих покойников, величал их святыми, преблаженными отцами, великими праведниками и угодниками Божиими, светильниками вселенной, кладезями премудрости, солью земли; приписал им все добродетели, о каких только читал в Священном Писании и в эллинских книгах.
— Ну, что же? Как выразили они тебе свое удовольствие?
— Никак, отче: все время хранили молчание, ни единого слова я от них не услыхал.
— Это весьма удивительно, — сказал старец, — но вот что ты сделай: этой ночью ступай туда опять и ругай их до утра, как только можешь сильнее. Тут уж они наверно заговорят.
На следующий день монах опять возвратился с отчетом:
— Всячески поносил я их и позорил, называл псами нечистыми, сосудами дьявольскими, богоотступниками; приравнивал их ко всем злодеям из Ветхого и Нового завета от Каина-братоубийцы до Иуды-предателя.
— Ну что же? Как же ты спасся от их гнева?
— Никак, отче! Они все время безмолвствовали. Я даже ухо прикладывал к могилам, но никто и не пошевельнулся.
— Вот видишь, — сказал старец, — ты поднялся на первую ступень ангельского жития, которая есть послушание. Вершины же этого жития на земле достигнешь лишь тогда, когда будешь так же равнодушен и к похвалам, и к обидам, как эти мертвецы.
