Поста нет
ап. Фили́ппа (I)
События этого дня
- ап. Филиппа (I)
- прп. Филиппа Ирапского (1527)
- правоверного царя Иустиниана I (565) и царицы Феодоры (548)
- свт. Григория Паламы, архиепископа Фессалонитскаго (1357)
- сщмчч. Димитрия Беневоленского, Александра Быкова, Виктора Ильинского, Алексия Нечаева, Михаила Белюстина, Феодора Баккалинского, Михаила Некрасова, Петра Титова, Алексия Никологорского, Сергия Знаменского, Николая Дунаева, Василия Лихарева, Александра Покровского, Димитрия Лебедева, Николая Виноградова, Порфирия Колосовского, Василия Никольского, Георгия Извекова, Василия Розанова, Сергия Спасского, Александра Чекалова, Сергия Руфицкого, пресвитеров, Николая Богородского, диакона, прмч. Аристарха (Заглодина-Кокорева), иеромонаха, мчч. Гавриила Безфамильного, Димитрия Рудакова, мц. Анны Зерцаловой (1937)
- сщмч. Феодора Грудакова, пресвитера (1940)
- сщмч. Сергия Константинова, пресвитера (1941)
Чтения Священного Писания
рядовое 2Кор.8:1-5 Лк.9:37-43
Тропари и кондаки
В субботу, всех святых, и за умерших
Тропарь, глас 2. Апостоли, мученицы и пророцы, святителие, преподобнии и праведнии, добре подвиг совершившии и веру соблюдшии, дерзновение имущии ко Спасу, о нас Того, яко Блага, молите спастися, молимся, душам нашим.
Кондак, глас 8. Яко начатки естества, Насадителю твари, вселенная приносит Ти, Господи, богоносныя мученики; тех молитвами в мире глубоце Церковь Твою, жительство Твое Богородицею соблюди, Многомилостиве.
Тропарь, глас 2. Помяни, Господи, яко Благ, рабы Твоя, и елика в житии согрешиша, прости: никтоже бо безгрешен, токмо Ты, могий и преставленным дати покой.
Кондак, глас 8. Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь безконечная.
Притча дня
Однажды юноша из знатного рода раздал нищим все свое имущество и пришел жить в монастырь. А так как он был прекрасно образован, то получил в монастыре особое послушание — переписывать богослужебные книги.
Старец часто беседовал со своим писцом, и дошло до того, что другие ученики стали роптать на своего учителя и говорить, что тот завел себе любимчика.
Услыхав такие речи, трое самых почтенных монахов захотели узнать: почему старец больше других любит своего писца?
Молча выслушал их старец и повел в кельи своих учеников.
— Брат! Пойди скорее сюда! Ты мне нужен, — повторял он, стучась по очереди в каждую из дверей.
Но никто из учеников не спешил ему открывать: кто-то в этот момент пел псалмы и не хотел прерываться, другой с молитвой на устах плел веревки и боялся из-за излишней поспешности испортить свое рукоделие.
Наконец, очередь дошла до кельи, где жил писец.
Старец лишь тихонько в нее постучался и сказал только одно слово: брат!
В тот же миг дверь распахнулась, и на пороге появился удивленный переписчик.
— Скажите, отцы, где вы видите других моих учеников? — спросил старец, первым заходя в его келью.
Те не знали, что и ответить.
Тогда старец взял со стола тетрадь, в которой только что писал его ученик.
— Посмотрите, отцы: только что он писал эту букву, но как только услышал мой голос, бросил перо и даже не докончил ее. Разве эта недописанная буква не говорит вам лучше всяких слов о том послушании, которое мой ученик имеет к своему наставнику? Вот за это послушание я и люблю его.
— Справедливо ты его любишь, авва, — сказал первый монах.
— Мы все его любим, — добавил второй.
— И Бог его за это любит! — воскликнул третий.
