Из трапезы исключается мясо
вмч. Фео́дора Ти́рона (ок. 306)
События этого дня
- вмч. Феодора Тирона (ок. 306)
- сщмч. Ермогена, патриарха Московскаго и всея Руси, чудотворца (1612)
- прп. Феодора молчаливого, Печерского, в Дальних пещерах (XIII)
- прав. Мариамны (Марии), сестры апостола от 12-ти Филиппа (I)
- Обретение мощей мч. Мины Калликелада (867-889)
- сщмчч. Михаила Никологорского и Павла Косминкова, пресвитеров (1938)
- мц. Анны Четвериковой (1940)
Чтения Священного Писания
Тропари и кондаки
Воскресные 3-го гласа
Тропарь, глас 3. Да веселятся Небесная, да радуются земная, яко сотвори державу мышцею Своею Господь, попра смертию смерть, первенец мертвых бысть; из чрева адова избави нас, и подаде мирови велию милость.
Кондак, глас 3. Воскресл еси днесь из гроба, Щедре, и нас возвел еси от врат смертных; днесь Адам ликует, и радуется Ева, вкупе же и пророцы с патриархи воспевают непрестанно Божественную державу власти Твоея.
Притча дня
Свеча воровская
(Николины притчи)
Жил-был один человек, а время было трудное, вот он и задумал себе промыслить добра да недобрым делом: что у кого плохо лежит – не обойдет, припрячет, а то накупит дряни какой, выйдет купцом на базар и так заговорит ловко, так выкрутит, совсем тебя с толку собьет и втридорога сбудет, – одно слово, вор. И всякий раз, дело свое обделав, Николе свечку несет.
Понаставил он свечей, только его свечи и видно.
И пошла молва про Ипата, что по усердию своему первый он человек и в делах его Никола ему помощник. Да и сам Ипат-то уверился, что никто, как Никола.
И однажды хапнул он у соседа, да скорей наутек для безопаски. А там, как на грех, хватились, да по следам за ним вдогонку.
Бежал Ипат, бежал, выбежал за село, бежит по дороге – вот-вот настигнут, – и попадает ему навстречу старичок, так нищий старичок, побиральщик.
– Куда бежишь, Ипат?
– Ой, дедушка, выручи, не дай пропасть, схорони: настигнут, живу не бывать!
– А ложись, – говорит старичок, – вона в ту канавку.
Ипат – в канаву, а там – лошадь дохлая. Он под лошадь, в брюхо-то ей и закопался.
Бегут по дороге люди и прямо по воровскому следу, а никому и невдомек, да и мудрено догадаться: канавка хоть и не больно глубока, да дохлятину-то разнесло, что гора.
Так и пробежали.
Ипат и вышел.
А старичок тут же на дороге стоит.
– Что, Ипат, хорошо тебе в скрыти-то лежать?
– Ой, дедушка, хорошо, – чуть не задохнулся!
– Ну, вот, видишь, задохнулся! – сказал старичок и стал такой строгий, – а мне, как думаешь, от твоих свечей слаще? Да свечи твои, слышишь, мне, как эта падаль! – и пошел такой строгий.
С.А. Есенин
