Воскресенье
Поста нет
Начало инди́кта - церковное новолетие
События этого дня
- Начало индикта - церковное новолетие
- прп. Симеона Столпника, архимандрита (459) и матери его Марфы Каппадокийской (ок. 428)
- перенесение мощей блгвв. кн. Петра (в иночестве Давида) и кнг. Февронии (в иночестве Евфросинии), Муромских чудотворцев (1992)
- Собор Нижегородских святых
- сщмч. Аифала, диакона (IV)
- мцц. 40 дев постниц и сщмч. Аммуна Ираклийского, диакона, учителя их (IV)
- мц. Каллисты и братий ее мчч. Евода и Ермогена (309)
- прав. Иисуса Навина (XVI в. до Р. Х.)
- прп. Дионисия Малого (до 556) (Румын.)
- прмц. Татианы Грибковой, послушницы, мц. Наталии Козловой (1937)
- иконы Богородицы Миасинская
- иконы Богородицы Черниговская-Гефсиманская (1869)
- иконы Богородицы Августовская (1869)
- иконы Богородицы Александрийская
- иконы Богородицы «Всеблаженная» (в Казани)
Чтения Священного Писания
Тропари и кондаки
Воскресные 5-го гласа
Тропарь, глас 5. Собезначальное Слово Отцу и Духови, от Девы рождшееся на спасение наше, воспоим, вернии, и поклонимся, яко благоволи плотию взыти на Крест, и смерть претерпети, и воскресити умершия славным Воскресением Своим.
Кондак, глас 5. Ко аду, Спасе мой, сошел еси, и врата сокрушивый яко Всесилен, умерших яко Создатель совоскресил еси, и смерти жало сокрушил еси, и Адам от клятвы избавлен бысть, Человеколюбче, темже вси зовем: спаси нас, Господи.
Притча дня
Летом 1921 года святителю Луке (Войно-Ясенецкому) пришлось публично выступить в суде, защищая профессора П. П. Ситковского и его коллег от выдвинутого властями обвинения во «вредительстве». Тогда во главе ташкентского ЧК стоял латыш Петерс, решивший сделать суд показательным. Профессор С. А. Масумов вспоминает о суде следующее:
«Великолепно задуманный и отрежиссированный спектакль пошел насмарку, когда председательствующий вызвал в качестве эксперта профессора Войно-Ясенецкого:
— Скажите, поп и профессор Ясенецкий-Войно, как это вы ночью молитесь, а днем людей режете?
На самом деле святой Патриарх-исповедник Тихон, узнав о том, что профессор Войно-Ясенецкий принял священный сан, благословил ему продолжать заниматься хирургией. Отец Валентин не стал ничего объяснять Петерсу, а ответил:
— Я режу людей для их спасения, а во имя чего режете людей вы, гражданин общественный обвинитель?
Зал встретил удачный ответ хохотом и аплодисментами. Все симпатии были теперь на стороне священника-хирурга. Ему аплодировали и рабочие, и врачи. Следующий вопрос по расчетам Петерса, должен был изменить настроение рабочей аудитории:
— Как это вы верите в Бога, поп и профессор Ясенецкий-Войно? Разве вы его видели, своего Бога?
— Бога я действительно не видел, гражданин общественный обвинитель. Но я много оперировал на мозге и, открывая черепную коробку, никогда не видел там также и ума. И совести там тоже не находил.
Колокольчик председателя потонул в долго не смолкавшем хохоте всего зала. «Дело врачей» с треском провалилось».
